Святые отцы красота природы

Христианин как иерей природы

Иерей природы восхищается и любит красоту творения, однако знает, что величайшие богатства мира глубоко таятся в невидимых нашему глазу глубинах боголюбивых душ[1]. Иерей природы становится всеобщим рабом, ставя себя ниже всякого творения[2]. Сколько святых старцев, преодолевавших естественные законы природы, было связано с ней: Серафим Саровский и медведь, старец Паисий и дикие птицы, старец Хаджигеоргис и дикий кабан, преподобный Павел Обнорский и старец Феофилакт из скита святого Василия, обладавшие поистине райской связью с окружающей средой, равно как и многие другие святые отцы. Через нашу личную святость природа обновляется и освящается. Пост, согласно святому Серафиму Саровскому, делая тело прозрачным и легким, переносит его в первоначальное состояние Адама, и животные чуют в нем это адамово благоухание[3].

Иерей природы выступает посредником, через которого прославляют и воспевают Бога небо, звезды, вода, дождь. Святой Леонтий Неапольский пишет: “Я через небо, землю, моря, деревья, камни, мощи, храмы, крест, через Ангелов, людей и через все творение, видимое и невидимое, поклоняюсь и чествую всеобщего Творца, Владыку и единого Создателя. Ведь творение не само по себе поклоняется Ему, но через меня небеса возносят хвалу Богу. Через меня поклоняется Ему луна, и славят Его звезды”[4].

Чтобы и мы смогли разглядеть уникальность и неповторимость мира, увидеть его ясно и различить святость и слово Творца в каждом творении и создании, мы должны облечься в одежду посильной нам святости, смирения, любви и Божественного дара и принять нашу роль иереев природы, дарованную нам от Бога, как пишет епископ Каллист Уэр. Иерей природы – это человек, который свободно и абсолютно сознательно берет мир в свои руки, мир, дарованный нам Богом, и преподносит этот дар Дарителю, тем самым призывая Его благодать на все живое. Посредством этого акта священного дарения творение говорит с Богом, спасаясь, исполняя свое предназначение и преображаясь[5].

Только подняв свой Крест, отрекшись от себя, своих желаний и постоянно растущих потребностей, мы сумеем открыть для себя всю ценность и красоту мира. Не существует истинной любви без смирения и самоотверженности. Нам необходимы воздержанность, самоконтроль и добровольное ограничение своих потребностей[6]. Благодаря своему смиренномудрию иерей природы считает себя ответственным за все зло, присутствующее в мире. Он знает, что грех – это причина умаления благодати, которая оживотворяет, укрепляет и поддерживает все творение, разумное и неразумное. Душа иерея природы не в силах смотреть на причинение вреда любому существу, как разумному, так и нет. Она страдает, и это есть “возгорение сердца о всем творении”[7]. И когда природа видит всякого человека, облаченного в святое смиренномудрие, одежду святости, она поклоняется ему в честь своего владыки, которого видела облаченным в святость, как пишет святой Исаак Сирин[8]. След иерея природы на земле трудноразличим и незаметен.

Гимн любви христианина к природе

Сознательный православный христианин, будучи иереем природы, где бы не находился – дома, на работе, в школе, в храме, на собраниях, в своих делах, мыслях, молитвах – показывает, что действительно обладает особой связью с естественной средой и всем творением. Православный христианин, любящий окружающую среду, не беспокоится о выгоде, не жертвует природой во имя своего обогащения, не покупает новые продукты, бросая старые в мусорную корзину. Он не становится гиперпотребителем. Православный христианин, любящий природу, добродетелен, энергичен и полезен окружающей среде. Он радуется, находясь на природе и видя заботу об окружающей среде и Божественном творении. И, напротив, огорчается, наблюдая, как естественная среда разрушается, как лишается жизни всякое разумное и неразумное существо. Он скорбит, когда мир творения испытывает боль.

Один взгляд на звездное небо, полет бабочку, пение птицы, маленький цветок с его красками и ароматами достаточны, чтобы наполнить его радостью и заставить его прославить Творца. Православный христианин, любящий природу, довольствуется малым и самым необходимым. Он верит в величие Творца, надеясь на сохранение Земли, изобилие ее плодов, стремясь увидеть “новое небо и новую землю” (Откр. 21:1). Но сильнее и выше всего оказывается его любовь к Богу Творцу.

Перевод с новогреческого: редакция интернет-издания “Пемптусия”

20 октября 2014 г.

[1] Архимандрит Астериос Хадзиниколау. «Путь Господа, тесный, широкий и парадоксальный» (Αρχιμ. Αστέριου Χατζηνικολάου, Η οδός του Κυρίου, στενή και ευρύχωρος και παράδοξος, εκδ. Αδελφότης Θεολόγων Ο ΣΩΤΗΡ, 2007, σελ. 179).

[2] Авва Сисой, Великий Отечник (Αββά Σισόη, εις Το Μέγα Γεροντικόν, εκδ. Ιερού Ησυχαστηρίου «Το Γενέσιον της Θεοτόκου», Πανόραμα Θεσσαλονίκης 1999, τομ. Δ΄, σελ. 116).

[3] А. Николаиди. Космология аскезы и отречения (Α. Νικολαϊδη Η Κοσμολογία της Άσκησης και της Παραίτησης, Κατερίνη, Τέρτιος, 1990).

[5] Каллист Уэр. Экологический кризис и надежда (Κάλλιστος Wear, 2008, Οικολογική Κρίση και Ελπίδα, Εκδ. Ακρίτας, σελ. 81).

[6] Каллист Уэр. Экологический кризис и надежда (Κάλλιστος Wear, 2008, Οικολογική Κρίση και Ελπίδα, Εκδ. Ακρίτας, σελ. 81).

[7] Исаак Сирин. Слова подвижнические (Ἰσαάκ τοῦ Σύρου, Λόγοι ἀσκητικοί, ΠΑ΄ 7, ΕΠΕ Φιλοκαλία 8Γ, 174).

[8] Исаак Сирин. Из книги «Смирение по образцу Священного Писания и отцов церкви» (Ισαάκ του Σύρου, Λόγος κ, Νεοελληνική απόδοση από το βιβλίο «Η Ταπείνωσις κατά την Αγίαν Γραφή και τους πατέρες της εκκλησίας»).

Источник

Христианин и природа

Прихожанка рассказала: «Стою на Всенощном бдении и вдруг вижу, что по солее (возвышенная площадка перед алтарем) идет мышь. Прошла через всю солею и юркнула под хоры. Думаю: “Вот, грязь развели, мыши у них прямо во время богослужения бегают… И вдруг запели: “Всякое дыхание да хвалит Господа…” И мне так стыдно стало…».

Недавно мне позвонили из одной газеты и попросили прокомментировать следующий случай. Один человек жестоко мучил собаку. Когда его стали увещевать, он сослался на… православие. «Я, – сказал этот человек, – ничего не делаю против веры. Сама Церковь учит властвовать над животными. Поэтому животное для человека – только тварь, и отношение к ней должно быть соответствующее».

Я объяснил журналистке, что на самом деле Церковь совершенно иначе относится к животным: бережно, уважительно, и что за мучение животных Церковь может отлучить человека от Причастия. «Удивительно! Я никогда об этом не подозревала!» – воскликнула девушка.

Каким же должно быть отношение христианина к природе и конкретно к живым существам?

Напомню некоторые вещи, о которых на страницах этой книги уже говорилось:

Самое первое и базовое определение этого вопроса мы встречаем в первой книге Библии, во второй главе книги Бытие, где говорится от сотворении Богом человека и о взаимодействии человека с сотворенным миром.

Вот есть мир. Он прекрасен, а говоря библейскими словами, «добр зело» (слав.). Вот есть человек. Он удивителен еще больше, ибо сотворен по образу и по подобию Божию.

Хотя природный мир несет в себе отблеск Божественной красоты – он творение Премудрого Художника,. а любое произведение несет на себе отпечаток души автора, – но человек имеет ряд черт, совершенно роднящих его с Творцом и Отцом Небесным.

Вот они стоят друг против друга. Каковы, по мысли Бога, должны быть их отношения?

Об этом нам сообщает Священное Писание. Бог приводит к человеку животных, чтобы человек нарек им имена ( Быт. 2, 19-20 ). Нарекать имя, в представлении людей того времени, имел право только хозяин (например, хозяин раба) или отец ребенка. То, что Бог повелевает человеку наречь имя твари, значит, что человек – владыка, господин творения.

Это владычество человека Библия еще раз настойчиво подтверждает словами: «И взял Господь Бог человека, [которого создал,] и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его» ( Быт. 2, 15 ).

Но как возделывать? Жестоко подчинять? Или находиться с природой в иных отношениях?

Слово «возделывать» часто понималось в смысле подчинять, насиловать. Однако точный перевод древнееврейского кабаш – «попирать ногами». Современные филологи говорят, что это выражение эквивалентно нашему «наложить руку». В этом слове нет и намека на грубое вмешательство в жизнь Божьего творения. В это слово вложен смысл оберегания, взращивания земли, что удачно переведено русским «возделывать».

Еще одно Божье слово, обращенное к новосозданному человеку и раскрывающее заданное ему Богом отношение к творению, мы находим в первой главе книги Бытие. «И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, [и над зверями,], и над птицами небесными …и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» ( Быт. 1, 28 ).

Здесь слово «владычествуйте» (древнеевр. радах) несет смысл нежного управления творением. Как отмечает немецкий библеист Е. Зенгер: «Это слово означает, собственно, заботу пастуха о своем стаде. Он выводит своих животных на сочные луга, защищает перед лицом любой опасности, охраняет от хищников».

Но какова задача человека в отношении к природному миру? Просто ли пользоваться, питаться им, поставить себе на службу?

Человек был поставлен в центр Вселенной, как «священник творения».

Прежде всего, человек должен был строить правильные отношения с Богом и, воспринимая Его благодать, освящаться.

Затем человек должен был привести к Богу и освящению весь мир, который был ему вручен. Мир должен был восходить от духовной силы в силу, к Богу, обоживаться, освящаясь.

Мы знаем, что произошло Грехопадение. Оно нарушило Богоданные отношения человека с миром. Человек и мир стали врагами. Человек стал мучить, жестоко подчинять себе природный мир, тот стал враждовать против человека.

Но то, что произошла эта катастрофа, не значит, что злые отношения стали нормой. Они – аномалия, ошибка. Человек призван строить отношения с окружающим миром иначе, на основах добра, милосердия, уважения, по-Божески.

Несмотря на грех, Бог не санкционирует мучить животных. Они – Божии. «Мои все звери в лесу, и скот на тысяче гор, знаю всех птиц на горах, и животные на полях предо Мною» ( Пс. 49, 10-11 ).

Как люди прославляют Бога, так и звери, больше того, все мирозданье, все стихии… Разве не об этом возвышенный гимн – 148-й псалом: «Хвалите Господа с небес, хвалите Его в вышних. Хвалите Его, все Ангелы Его, хвалите Его, все воинства Его. Хвалите Его, солнце и луна, хвалите Его, все звезды света. Хвалите Его, небеса небес и воды… Хвалите Господа от земли, великие рыбы и все бездны, огонь и град, снег и туман, бурный ветер, исполняющий слово Его, горы и все холмы, дерева плодоносные и все кедры, звери и всякий скот, пресмыкающиеся и птицы крылатые»

Человек должен бережно пользоваться трудом животных. День субботнего покоя (4-я заповедь из знаменитых 10 заповедей Божьих), заповеданный на все времена, включает в число «отдыхающих» и животных: «Не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой» ( Исх. 20, 10 ).

Звери не только в мире сем с нами, они будут и в преображенном мироздании, в Царствии Небесном: «Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их. И корова будет пастись с медведицею, и детеныши их будут лежать вместе, и лев, как вол, будет есть солому. И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи… ибо земля будет наполнена ведением Господа, как воды наполняют море» ( Ис. 11, 6-9 ).

Пророку Исаие вторит пророк Осия: «И заключу в то время для них союз с полевыми зверями и с птицами небесными, и с пресмыкающимися по земле; и лук, и меч, и войну истреблю от земли той, и дам им жить в безопасности» ( Ос. 2, 18 ).

И уже в Новом Завете это же утверждает апостол Павел: «…тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих. Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне» ( Рим. 8, 19-22 ).

Апостол Павел имеет в виду, что творение (в нашем переводе тварь) мучается в грехе, ожидая прославления и преображения человека. Тогда и все творение будет приобщено к вечности и преображено.

Вот мысль Священного Писания…

Но, может быть, это все в прошлом? И Церковь устами святых отцов, подвижников учила жестокою рукой править живым миром?

Этого не может быть, потому что Священное Писание неотменимо и учение Церкви не может никак противоречить Писанию.

И в самом деле: хотя в истории и случались искажения этой мысли, Церковь всегда хранила и заповедовала христианам бережное уважение к животным.

Христианская древность знает немало примеров удивительной дружбы святого человека с животными. Чувствуя святость, обоняя благоухание Рая, которое струится от подвижников, от их намоленных келий, вещей, звери приходили к святым и служили им. О подобных случаях нам изобильно сообщают Жития святых.

Так, по повелению св. Антония Великого лев выкопал могилу для преп. Павла Фивейского, основателя монашества в Египте (Житие 30 января).

То же произошло и после смерти преп. Марии Египетской. К ее останкам пришел лев и выкопал для святой могилу. Свидетель этого, старец Зосима, был поражен увиденным (Житие 14 апреля).

К мученику Маманту звери собирались целыми стадами и оставались при нем до тех пор, пока не получали приказания разойтись (Житие 15 сентября). Подобные истории каждый вспомнит и из жизни преподобных Сергия Радонежского и Серафима Саровского.

А вот что читаем в житии мученика Неофита:

«Святой был осужден на съедение зверями. Было приготовлено возвышение; обнаженного святого привязали к укрепленному на нем столбу и выпустили на него медведя. Зверь с ревом пошел к святому, но, приблизившись, остановился, посмотрел на него и затем возвратился на свое место. Правитель и все собравшиеся на это зрелище удивлялись этому. Затем выпустили самую свирепую медведицу, которая только дважды в год была выпускаема на ристалище, так как была очень зла и убивала многих. Она, подбежав, поверглась у ног святого, почитая в нем угодника Божьего, а затем отошла на свое место.

Когда это происходило, пастухи привели к правителю огромного и весьма свирепого льва, которого, по их словам, они поймали в пустыне пять дней тому назад и вовсе не давали пищи. Обрадованный правитель повелел ввести этого льва внутрь ристалища, где Святой мученик нагой был привязан к столбу. Все ужасались, глядя на этого льва, так как он был очень велик и свиреп. Лев, подошедши к святому, посмотрел на него, остановился и, склонив голову, испускал из очей своих слезы, точно реки из источников, а затем стал лизать ноги святого. Это был тот лев, которого Святой Неофит нашел на горе Олимп, в каменной пещере, и отослал в другое место, сам поселившись в его пещере. Узнав его, святой повелел ему возвратиться в первое свое жилище, на горе Олимпе, которое он уступил святому; при этом святой запретил ему когда-либо вредить людям. Лев, поклонившись мученику, пошел от него со страшным ревом, разломал двери ристалища и быстро прошел среди народа. Все бросились бежать, опасаясь свирепости зверя, но он никого не тронул и побежал в пустыню, по повелению святого, на прежнее свое место.

Мучитель, исполненный страха и ужаса и не зная, что еще делать, повелел убить мученика. Там стоял один звероподобный и свирепого нрава иноплеменник, имевший в руках копье. Он бросился на святого и, ударив его копьем в грудь, проколол насквозь. Так Святой мученик Неофит, закланный как агнец, предал свою душу в руки Господа своего в 21 день января, прожив от рождения своего пятнадцать лет и четыре месяца…» (Житие 3 февраля).

О том, как мученики были отданы на растерзание диким животным, а те не только не причинили святым вреда, но сами отдали за них жизнь, читаем во многих житиях, из них сразу приходит на память житие св. великомученика Пантелеимона.

Древние легенды. Тогда приведу выдержку из Жития современного подвижника преп. Иоанна Нового Хозевита. Он современник наших бабушек и дедушек. Родился в 1913 году, почил в 1960-м. Его Житие написано людьми, близко знавшими святого.

Когда подвижник умер, братия монастыря пришла к пещере, чтобы похоронить его. Среди них был игумен монастыря и духовник преп. Иоанна. Вот что он сообщает о похоронах святого:

«Пришли мы к 10 часам и начали совершать отпевание. В этот момент вдруг слетелось в пещеру его бесчисленное множество разных птиц. Мы решили, что они прилетели за сухарями, которыми обычно кормил их святой Иоанн, и стали бросать им оставшиеся сухари и изюм. Но они даже не притронулись к ним, только летали над его святым телом, садились на голову, на грудь, на руки и ноги его и кричали, все вместе и порознь. Они мешали нам петь и читать, тушили свечи, перелетая постоянно с места на место, закрывали нам своими крыльями книги. Как будто не хотели они, чтобы покидал их этот праведник…

После отпевания мы положили тело блаженного в глубь пещеры, в один старый гроб, который он заранее себе приготовил… Сверху гроба положили доски, обмазали их грязью из песка и земли. И только после этого удалились птицы».

Какой век мы ни возьмем, мы никогда не встретим разрешения мучить животное. Для христианина это «меньший брат», а разве брата можно обидеть.

Передо мной книга – Сборник вопросов, которые задавались кающемуся на исповеди. Это древний сборник, вопросы на исповеди русских людей XI–XVI веков. И тут мы встречаем: «не бил ли скота?», «не мучил ли скот?» и прочие, подобные. За эти проступки людей наказывали епитимьей, отлучали от Причастия. Оказывается, даже в самые «темные» века, когда, как кажется, уважения к животным не было вовсе, Церковь проповедует и утверждает бережное и нежное отношение к животным.

Постараемся и мы также: в мире, любви и уважении строить отношения с животными, со всем Божиим творением. И вместе с ним войдем в прославленную и преображенную Вселенную, в вечность.

Источник



«Отцы Церкви всегда были экологами»: афонский монах о природе и любви к домашним животным

Вся живая природа в этом мире, так же, как и сам человек, является творением Божьим. Поэтому люди должны бережно относиться к своей планете, сохраняя все виды растений и животных, созданных Господом. Архимандрит Григорий, игумен монастыря Дохиар на Святой Горе Афон рассказал об отношении афонских старцев к живой природе и о том, как верующий христианин должен вести себя с домашними животными.

Афонский монах говорит о том, что любовь и бережное отношение к природе – это, прежде всего, проявление уважения к творениям Создателя.

«Человек должен любить даже землю, на которой он стоит, даже камень, на который он ступает своей ногой, — говорит отец Григорий. — В последнее время в мире становится все более популярным движение экологов, которые борются за сохранение природы. Отцы Церкви всегда были экологами, просто они этого не показывали».

Живя по Заповедям Священного Писания, каждый христианин должен проявлять заботу об этом мире. Афонских же монахов архимандрит называет первыми экологами, поскольку своим поведением они всегда были примером того, как человек должен относиться к природе.

«Когда-то я шел со старцем Амфилохием по очень узкой лесной тропе. И мы по дороге встретили муравейник. И старец Амфилохий, несмотря на то, что ему было достаточно тяжело идти, обошел кругом этот муравейник, так как не хотел наступить на него. Мы спросили старца, зачем он так сделал, ведь, когда он обходил через кусты, то чуть не упал. Отец Амфилохий ответил: «Муравьи так трудились, чтобы создать свой дом, чтобы построить его, собрать еду. Разве я могу разрушить все это в один момент?».

Вспоминая отцов Церкви, игумен Дохиара рассказывает о том, что старцы всегда делили свой кусок хлеба с домашними животными, которые обитают на Святой Горе – кошками и собаками.

«Старец Амфилохий всегда в три часа после обеда пил кофе и вкушал сухари. У него был диабет, поэтому он кушал по чуть–чуть, и то, что оставалось от этого сухарика, он отдавал для зверей, которые жили вместе с ним. Я его спрашивал: «Старец, как же так, ведь кошки съели весь твой сухарик?». И отец Амфилохий отвечал: «Ничего, я тоже свое вкусил».

Отец Григорий говорит о том, что домашние животные приносят нам радость, поэтому, как в миру, так и на Святой Горе, кошки и собаки живут вместе с людьми.

«Сегодня рядом со мною тоже есть животные. Они доверяют мне, и когда я вкушаю свой обед, тоже отдаю им свой хлебушек – так мы вместе обедаем. На своем пути мы встречаем много печалей и трудностей, звери же приносят нам маленькие радости – когда играют между собой, когда проявляют свое преданное отношение и свою любовь», — говорит афонский монах.

Однако при всей любви к домашним животным, человек не должен переходить грань и делать из кошки или собаки предмет обожания.

«Мы не должны забывать слова пророка Исаии о том, что только перед Господом мы должны преклонять свои колени, не создавая себе кумиров и идолов. Человек должен любить все творения Божии. Но мы не должны служить им. Это безбожно, когда мы служим творению, а не служим Творцу», — учит архимандрит Григорий.

Источник

Христианин как иерей природы

Иерей природы становится всеобщим рабом, ставя себя ниже всякого творения [2]. Сколько святых старцев, преодолевавших естественные законы природы, было связано с ней: Серафим Саровский и медведь, старец Паисий и дикие птицы, старец Хадзигеоргис и дикий кабан, преподобный Павел Обнорский и старец Феофилакт из скита святого Василия, обладавшие поистине райской связью с окружающей средой, равно как и многие другие святые отцы. Через нашу личную святость природа обновляется и освящается. Пост, согласно святому Серафиму Саровскому, делая тело прозрачным и легким, переносит его в первоначальное состояние Адама, и животные чуют в нем это адамово благоухание [3].

Иерей природы выступает посредником, через которого прославляют и воспевают Бога небо, звезды, вода, дождь. Святой Леонтий Неапольский пишет: “Я через небо, землю, моря, деревья, камни, мощи, храмы, крест, через Ангелов, людей и через все творение, видимое и невидимое, поклоняюсь и чествую всеобщего Творца, Владыку и единого Создателя. Ведь творение не само по себе поклоняется Ему, но через меня небеса возносят хвалу Богу. Через меня поклоняется Ему луна, и славят Его звезды” [4].

Чтобы и мы смогли разглядеть уникальность и неповторимость мира, увидеть его ясно и различить святость и слово Творца в каждом творении и создании, мы должны облечься в одежду посильной нам святости, смирения, любви и Божественного дара и принять нашу роль иереев природы, дарованную нам от Бога, как пишет епископ Каллист Уэр. Иерей природы – это человек, который свободно и абсолютно сознательно берет мир в свои руки, мир, дарованный нам Богом, и преподносит этот дар Дарителю, тем самым призывая Его благодать на все живое. Посредством этого акта священного дарения творение говорит с Богом, спасаясь, исполняя свое предназначение и преображаясь [5].

Только подняв свой Крест, отрекшись от себя, своих желаний и постоянно растущих потребностей, мы сумеем открыть для себя всю ценность и красоту мира. Не существует истинной любви без смирения и самоотверженности. Нам необходимы воздержанность, самоконтроль и добровольное ограничение своих потребностей [6]. Благодаря своему смиренномудрию иерей природы считает себя ответственным за все зло, присутствующее в мире. Он знает, что грех – это причина умаления благодати, которая оживотворяет, укрепляет и поддерживает все творение, разумное и неразумное. Душа иерея природы не в силах смотреть на причинение вреда любому существу, как разумному, так и нет. Она страдает, и это есть “возгорение сердца о всем творении” [7]. И когда природа видит всякого человека, облаченного в святое смиренномудрие, одежду святости, она поклоняется ему в честь своего владыки, которого видела облаченным в святость, как пишет святой Исаак Сирин [8]. След иерея природы на земле трудноразличим и незаметен.

Гимн любви христианина к природе

Сознательный православный христианин, будучи иереем природы, где бы не находился – дома, на работе, в школе, в храме, на собраниях, в своих делах, мыслях, молитвах – показывает, что действительно обладает особой связью с естественной средой и всем творением. Православный христианин, любящий окружающую среду, не беспокоится о выгоде, не жертвует природой во имя своего обогащения, не покупает новые продукты, бросая старые в мусорную корзину. Он не становится гиперпотребителем. Православный христианин, любящий природу, добродетелен, энергичен и полезен окружающей среде. Он радуется, находясь на природе и видя заботу об окружающей среде и Божественном творении. И, напротив, огорчается, наблюдая, как естественная среда разрушается, как лишается жизни всякое разумное и неразумное существо. Он скорбит, когда мир творения испытывает боль.

Один взгляд на звездное небо, полет бабочки, пение птицы, маленький цветок с его красками и ароматами достаточны, чтобы наполнить его радостью и заставить его прославить Творца. Православный христианин, любящий природу, довольствуется малым и самым необходимым. Он верит в величие Творца, надеясь на сохранение Земли, изобилие ее плодов, стремясь увидеть “новое небо и новую землю” (Откр. 21:1). Но сильнее и выше всего оказывается его любовь к Богу Творцу.

[1] Архимандрит Астериос Хадзиниколау. «Путь Господа, тесный, широкий и парадоксальный» (Αρχιμ. Αστέριου Χατζηνικολάου, Η οδός του Κυρίου, στενή και ευρύχωρος και παράδοξος, εκδ. Αδελφότης Θεολόγων Ο ΣΩΤΗΡ, 2007, σελ. 179).

[2] Авва Сисой, Великий Отечник (Αββά Σισόη, εις Το Μέγα Γεροντικόν, εκδ. Ιερού Ησυχαστηρίου «Το Γενέσιον της Θεοτόκου», Πανόραμα Θεσσαλονίκης 1999, τομ. Δ΄, σελ. 116).

[3] А. Николаиди. Космология аскезы и отречения (Α. Νικολαϊδη Η Κοσμολογία της Άσκησης και της Παραίτησης, Κατερίνη, Τέρτιος, 1990).

[5] Каллист Уэр. Экологический кризис и надежда (Κάλλιστος Wear, 2008, Οικολογική Κρίση και Ελπίδα, Εκδ. Ακρίτας, σελ. 81).

[6] Каллист Уэр. Экологический кризис и надежда (Κάλλιστος Wear, 2008, Οικολογική Κρίση και Ελπίδα, Εκδ. Ακρίτας, σελ. 81).

[7] Исаак Сирин. Слова подвижнические (Ἰσαάκ τοῦ Σύρου, Λόγοι ἀσκητικοί, ΠΑ΄ 7, ΕΠΕ Φιλοκαλία 8Γ, 174).

[8] Исаак Сирин. Из книги «Смирение по образцу Священного Писания и отцов церкви» (Ισαάκ του Σύρου, Λόγος κ, Νεοελληνική απόδοση από το βιβλίο «Η Ταπείνωσις κατά την Αγίαν Γραφή και τους πατέρες της εκκλησίας»).

Источник

Христианин как иерей природы

Иерей природы становится всеобщим рабом, ставя себя ниже всякого творения [2]. Сколько святых старцев, преодолевавших естественные законы природы, было связано с ней: Серафим Саровский и медведь, старец Паисий и дикие птицы, старец Хадзигеоргис и дикий кабан, преподобный Павел Обнорский и старец Феофилакт из скита святого Василия, обладавшие поистине райской связью с окружающей средой, равно как и многие другие святые отцы. Через нашу личную святость природа обновляется и освящается. Пост, согласно святому Серафиму Саровскому, делая тело прозрачным и легким, переносит его в первоначальное состояние Адама, и животные чуют в нем это адамово благоухание [3].

Иерей природы выступает посредником, через которого прославляют и воспевают Бога небо, звезды, вода, дождь. Святой Леонтий Неапольский пишет: “Я через небо, землю, моря, деревья, камни, мощи, храмы, крест, через Ангелов, людей и через все творение, видимое и невидимое, поклоняюсь и чествую всеобщего Творца, Владыку и единого Создателя. Ведь творение не само по себе поклоняется Ему, но через меня небеса возносят хвалу Богу. Через меня поклоняется Ему луна, и славят Его звезды” [4].

Чтобы и мы смогли разглядеть уникальность и неповторимость мира, увидеть его ясно и различить святость и слово Творца в каждом творении и создании, мы должны облечься в одежду посильной нам святости, смирения, любви и Божественного дара и принять нашу роль иереев природы, дарованную нам от Бога, как пишет епископ Каллист Уэр. Иерей природы – это человек, который свободно и абсолютно сознательно берет мир в свои руки, мир, дарованный нам Богом, и преподносит этот дар Дарителю, тем самым призывая Его благодать на все живое. Посредством этого акта священного дарения творение говорит с Богом, спасаясь, исполняя свое предназначение и преображаясь [5].

Только подняв свой Крест, отрекшись от себя, своих желаний и постоянно растущих потребностей, мы сумеем открыть для себя всю ценность и красоту мира. Не существует истинной любви без смирения и самоотверженности. Нам необходимы воздержанность, самоконтроль и добровольное ограничение своих потребностей [6]. Благодаря своему смиренномудрию иерей природы считает себя ответственным за все зло, присутствующее в мире. Он знает, что грех – это причина умаления благодати, которая оживотворяет, укрепляет и поддерживает все творение, разумное и неразумное. Душа иерея природы не в силах смотреть на причинение вреда любому существу, как разумному, так и нет. Она страдает, и это есть “возгорение сердца о всем творении” [7]. И когда природа видит всякого человека, облаченного в святое смиренномудрие, одежду святости, она поклоняется ему в честь своего владыки, которого видела облаченным в святость, как пишет святой Исаак Сирин [8]. След иерея природы на земле трудноразличим и незаметен.

Гимн любви христианина к природе

Сознательный православный христианин, будучи иереем природы, где бы не находился – дома, на работе, в школе, в храме, на собраниях, в своих делах, мыслях, молитвах – показывает, что действительно обладает особой связью с естественной средой и всем творением. Православный христианин, любящий окружающую среду, не беспокоится о выгоде, не жертвует природой во имя своего обогащения, не покупает новые продукты, бросая старые в мусорную корзину. Он не становится гиперпотребителем. Православный христианин, любящий природу, добродетелен, энергичен и полезен окружающей среде. Он радуется, находясь на природе и видя заботу об окружающей среде и Божественном творении. И, напротив, огорчается, наблюдая, как естественная среда разрушается, как лишается жизни всякое разумное и неразумное существо. Он скорбит, когда мир творения испытывает боль.

Один взгляд на звездное небо, полет бабочки, пение птицы, маленький цветок с его красками и ароматами достаточны, чтобы наполнить его радостью и заставить его прославить Творца. Православный христианин, любящий природу, довольствуется малым и самым необходимым. Он верит в величие Творца, надеясь на сохранение Земли, изобилие ее плодов, стремясь увидеть “новое небо и новую землю” (Откр. 21:1). Но сильнее и выше всего оказывается его любовь к Богу Творцу.

[1] Архимандрит Астериос Хадзиниколау. «Путь Господа, тесный, широкий и парадоксальный» (Αρχιμ. Αστέριου Χατζηνικολάου, Η οδός του Κυρίου, στενή και ευρύχωρος και παράδοξος, εκδ. Αδελφότης Θεολόγων Ο ΣΩΤΗΡ, 2007, σελ. 179).

[2] Авва Сисой, Великий Отечник (Αββά Σισόη, εις Το Μέγα Γεροντικόν, εκδ. Ιερού Ησυχαστηρίου «Το Γενέσιον της Θεοτόκου», Πανόραμα Θεσσαλονίκης 1999, τομ. Δ΄, σελ. 116).

[3] А. Николаиди. Космология аскезы и отречения (Α. Νικολαϊδη Η Κοσμολογία της Άσκησης και της Παραίτησης, Κατερίνη, Τέρτιος, 1990).

[5] Каллист Уэр. Экологический кризис и надежда (Κάλλιστος Wear, 2008, Οικολογική Κρίση και Ελπίδα, Εκδ. Ακρίτας, σελ. 81).

[6] Каллист Уэр. Экологический кризис и надежда (Κάλλιστος Wear, 2008, Οικολογική Κρίση και Ελπίδα, Εκδ. Ακρίτας, σελ. 81).

[7] Исаак Сирин. Слова подвижнические (Ἰσαάκ τοῦ Σύρου, Λόγοι ἀσκητικοί, ΠΑ΄ 7, ΕΠΕ Φιλοκαλία 8Γ, 174).

[8] Исаак Сирин. Из книги «Смирение по образцу Священного Писания и отцов церкви» (Ισαάκ του Σύρου, Λόγος κ, Νεοελληνική απόδοση από το βιβλίο «Η Ταπείνωσις κατά την Αγίαν Γραφή και τους πατέρες της εκκλησίας»).

Источник

Adblock
detector