Природа и предмет литер критики Взаимод е критики с различн отраслями искусства и науки Соотношение критики

Природа и предмет литер.критики. Взаимод-е критики с различн.отраслями искусства и науки. Соотношение критики и литературоведения. Основные ф-ии критики

Литературная критика двойственна посвоей природе. Она обнаруживает взаимопроникновение и противостояние, а в идеале — органи­ческий сплав художественной интуиции и логико-понятийной выве­ренности рассуждений. Интуиция как высшее напряжение человече­ского духа чаще всего первична в литературно-критическом сознании. Подкрепляя и корректируя интуицию, литературно-критическая логи­ка (рассудительность) неизбежно вступает с ней в драматически слож­ные отношения: интуиция предопределяет логику, логика же, при всём чрезвычайном усердии и убедительности, не в состоянии объять интуицию, исчерпывающе ее «озвучить» и объяснить.

Литературная критика естественно соотносится со многими об­ластями науки и культуры: с филологией, философией, историей, эс­тетикой, герменевтикой, культурологией, психологией, социологией, книговедением, с публицистикой и журналистикой, с критикой худо­жественное, музыкальной, театральной, с кинокритикой, телевизион­ной критикой и др. Испытывая непосредственное влияние близких или смежных гуманитарных сфер, литературная критика в слою оче­редь способствует их развитию.

Литературная критика — одна из стойких разновидностей иску­шения, которое заключается в стремлении перевести с языка словес­но-образного на язык «рассудительный», логико-понятийный. Во взаимосвязи «художественная литература—литературная критика» всегда первична сама литература: её рассматривают, осмысляют, ана­лизируют, комментируют и т. д. Литературно-критический текст при­зван вторить самой литературе с существенной поправкой на очевид­ное активное сотворчество критика. По словам А.И.Солженицына, «дар великого критика редчайший; чувствовать искусство так, как ху­дожник, но почему-то не быть художником».

Литературная критика — пристрастное, интуитивно-интеллекту­альное просвечивание словесно-художественных текстов, выявление их наследственного историко-культурного кода, зримых и невидимых невооруженным глазом тончайших нитей, которыми данный текст прочно привязан к давнему эстетическому и этическому опыту, к уже сложившимся и устоявшимся традициям и навыкам художественного восприятия. Эстетическое чувство критика в огромной степени под­сознательно опирается на его литературную память. Новые элементы в новых художественных текстах вызывают и естественное сопротив­ление староверов и восторженный приём у неофитов.

Литературно-критические произведения насквозь пронизаны вол­нениями, соблазнами, сомнениями, связующими текст словесного ис­кусства с текстом реальной многоцветнойсовременности. Существен­ная особенность прежде всего русскойлитературной критики заклю­чается в том, что литературно-критические высказывания в своем не­сомненном большинстве обращены к широчайшему спектру жгуче злободневных социально-нравственных вопросов, к живым потребно­стям общественного организма. Литературный критик, способный вы­разить индивидуальное понимание художественных откровений, за­ключенных в тексте, — сознательный или невольный посредник на пути литературного произведения от автора к читателю. В одном лице он нередко представительствует и писательский цех, и читательский мир.

Первостепенная роль в становлении и развитии литературно-кри­тического сознания принадлежит художественному вкусу критика.

Лучшие образцы русской и мировой критической мысли свиде­тельствуют о трепетном и пристрастном проникновении их авторов в предмет эстетического анализа. Обаяние литературной критики — во впечатляюще-разум­ной мере ее субъективности, в энергии размышлений, сближающих художественное произведение с картиной мира, которая открывается самому критику. Чем меньше в литературно-критическом высказыва­нии сокровенно-личного, субъективного начала, тем вероятнее опас­ность профессиональной глухоты, произвольного или стереотипного толкования, анализируемого, поэтически многозначного текста.

Устойчивые и общепризнанные свойства литературной критикив новой и новейшей истории словесности — оперативность выступле­ния, повышенный градус диалогической активности, обращённость главным образом к современной литературной жизни, неред­ко— публицистическая одушевленность, стремление соизмерять не­давно созданное или опубликованное с давно известным и прошедшим уже испытание историческим временем. Литературно-критическому труду зачастую сопутствует поле­мическая настроенность, азартный диалог-спор савтором, сколлегами-оппонентами, с предполагаемыми читателями.

Литературно-критическим текстам свойственна особая универ­сальность, существенно отличающаяся от конкретно-чувственной объемности и многозначности поэтического творения и обусловлен­ная возможностью более иди менее прямого обращения к поистине не­ограниченной сфере «больных», «проклятых» вопросов жизни.

Отечественная литературная критика последних двух столетий часто выполняла функции, присущие многим демократическим ин­ститутам, отсутствовавшим в российской реальности. Далеко выходя за круг собственно литературных вопросов, нередко прибегая к приемам эзоповского иносказания, критики обсуждали в подцензур­ной печати общественно-политические, правовые, социально-нравст­венные, естественно-научные и многие другие животрепещущие про­блемы.

К объектам литературно-критическогоусмотрения относятся сло­весно-художественные произведения любого эстетического достоин­ства. В поле зрения критики могут быть произведения высокой пробы, которые переживают своих авторов-творцов и обретают в читатель­ском сообществе статус классики. Критик живо интересуется и лите­ратурой так называемого беллетристического, явно или скрыто иллю­стративного ряда, и«коммерческими» изданиями, рассчитанными на заведомо нетребовательный, массовый читательский рынок («чти­во»), на откровенную развлекательность и слезоточивость, на отчётливый эмоционально-интеллектуальный примитив. Литератур­ный критик чаще всего первопроходец. Одним из первых» не имея еще за собой традиций интерпретации новорожденного текста, он стре­мится определить его ценностные параметры.

Критик может обращаться и к текстам давним по своему происхо­ждению, но продолжающим властновлиять ив умонастроение новых читательских поколений. Так, статья Д. И.Писарева «Мотивы русской драмы», содержавшая характеристику Катерины Кабановой — глав­ной героини драмы А. Н. Островского «Гроза» и темпераментно спо­рившая со статьей Н.А.Добролюбова «Луч света в темном царства», появилась почти четырегода спустя после журнальной публикации пьесы и через три с половиной года после Добролюбовского выступле­ния. Критический этюд И. А Гончарова «Мильон терзаний», откликав­шийся на постановку «Горя от ума» на сцене Александрийского театра в Петербурге исодержавший развёрнутый анализ самой комедии А. С. Грибоедова, былотделен от времени рождения произведения не­сколькими десятилетиями. При подобной временной дистанции между явлением на свет художественного произведения и его литератур­но-критической оценкой, как правило, с большей степенью вероятно­сти дает о себе знать публицистический пафос критического выступ­ления, возвращающегося к давним литературным событиям для уяснения их необычайно острого, злободневного звучания.

Нередко литературные критики осмысляют и оформляют сам ли­тературный процесс, объясняют его, дерзают его предугадать и пред­варить. Опираясь на богатый исторический опыт западноевропейской и русской словесности» В. Г. Белинский заключал: «Искусство и лите­ратура идут рука об руку с критикою и оказывают взаимное действие друг на друга».

Источник



Детские авторы, которые писали о природе. Как привить ребёнку бережное отношение к природе: 15 художественных книг о природе.

Любые идеи лучше прививаются не «в лоб», а между делом: в повседневном общении, через пример родителей и, конечно, во время чтения книг. Особенно художественных.

Предлагаю вашему вниманию 15 книг, которые ненавязчиво учат заботе о природе и уважению ко всему живому. Расположены книги по возрастам.

Бренда З. Гиберсон «Жизнь в тайге»

Книга рассказывает о жизни в бореальном лесу, или тайге. Этот лес занимает одну треть зелёного покрова нашей планеты, в нём живут тысячи видов животных и птиц. Сегодня, когда такая уникальная экосистема находится под угрозой, обязательно стоит читать эту книгу. Авторский текст довольно простой – коротенькие рассказики-зарисовки о жизни зверей в тайге. Но, конечно, самое главное достоинство книги – это великолепные иллюстрации Геннадия Спирина. Все детали прорисованы очень тщательно – шерсть животных, цветочки, травинки, комарики. Рекомендуемый возраст: от 3 лет

Николай Сладков. Рассказы и сказки о природе.

Писатель нашего детства, Николай Сладков, написал более 60 книг о природе. «Лесные тайнички», «Бюро лесных услуг», «Лесной каледнарь» и многие другие книги этого автора рассказывают интересные и познавательные случаи из жизни живой природы, зверей и птиц.

Чтобы стать настоящим добрым другом всему живому миру, надо много узнать о лесах и полях, реках и озерах, горах и тундре, тайге и пустынях, и еще об очень-очень многом. Именно об этом и рассказывают книги Николая Сладкова, пронизанные бесконечной любовью к природе.

Рекомендуемый возраст: от 4 лет

Михаил Пришвин. Рассказы и сказки о природе.

«Лисичкин хлеб», «Этажи леса», «Лесной доктор» и другие его произведения делают лес ближе и понятнее нам, читателям.

«Лисичкин хлеб», «Этажи леса», «Лесной доктор» и другие его произведения делают лес ближе и понятнее нам, читателям. Его рассказы, даже самые небольшие, просты и доступны. Мастерство автора, его манера передать непревзойдённость окружающей природы действительно восхищают. Он описывает шум ветра, запахи леса, повадки животных и их поведение, шелест листьев с такой точностью и достоверностью, что читатель при прочтении невольно попадает в эту среду, переживая всё вместе с писателем.

Рекомендуемый возраст: от 4 лет

Агостино Траини «Жизнь и приключения синьора Вишни»

Книга рассказывает о долгой и увлекательной жизни вишнёвого дерева – как оно выросло из вишнёвой косточки, как пережило свою первую зиму, как превратилось в большое красивое дерево, на котором появились вишни и как потом, когда дерево стало уже старым, его спилили и сделали из него кровать.

В конце книги приведены интересные опыты для детей и их родителей.

Рекомендуемый возраст: от 4 лет

Книга посвящена самому большому животному нашей планеты – синему киту. Написанная правдиво и в то же время увлекательно, эта книга создана для тех, кто не любит энциклопедии с сухим набором цифр и фактов. Она наполнена научными знаниями, которые поданы в виде увлекательной сказки на ночь. Атмосферные иллюстрации погружают ребенка в мир морских гигантов, а детали-подсказки позволяют ему сделать массу интересных открытий.
Рекомендуемый возраст: от 5 лет

Шумсы – загадочные существа, со своим наивным, трогательным взглядом на жизнь и очень человеческими отношениями. Они живут в деревьях и охраняют их.

Сказка наполнена запахом леса и шуршанием листьев. Здесь нет каких-то невероятных приключений, зато много внутреннего спокойствия. Шумсы учат юных читателей доброте, сочувствию и бережному отношению ко всему живому.

Внимание! Первая книга про шумсов заканчивается на грустной ноте, это стоит учитывать, читая чувствительным детям.

Рекомендуемый возраст: от 6 лет

Жан Жионо «Человек, который сажал деревья»

Это рассказ-притча, рассказ-аллегория. В нём повествуется о пастухе, неустанно и кропотливо превращающем долину в Альпах из скалистой, холодной и неуютной местности в приветливый сад. В произведении есть ответ на вопрос: что может сделать один человек против всего мира?

«Я стремился пробудить в людях любовь к деревьям, а точнее, любовь к посадке деревьев», — говорит автор. И это сработало: хотя сам персонаж книги вымышлен, множество реальных людей последовали литературному примеру. Например, Джадав Пайенг в одиночку посадил лес площадью в 5 квадратных километров в Индии, а вдохновлённый книгой активист Бхошеб Торат посеял 45 млн семян.

По рассказу также снят прекрасный анимационные фильм.

Рекомендуемый возраст: от 6 лет

Давным-давно люди селились у целебного родника и поклонялись богу воды. Прошло время, бога забыли, а родник завалили мусором.

И вот однажды пришёл странный молодой человек, чтобы спасти родник. Речной доктор. Бороться с экологической катастрофой ему помогали дети Гарик и Ксюша.

Рекомендуемый возраст: от 6 лет

Классика, которая, увы, многим набила оскомину. Но попробуйте прочесть это стихотворение не когда задали в школе, а просто так. Прочесть вслух ребёнку, разбирая непонятные слова по ходу чтения. И вы увидите, сколько доброты и нежной заботы к братьям нашим меньшим там заключается.

Рекомендуемый возраст: от 7 лет

Мальчик Серёжа живёт на острове в научном центре по изучению океана и его обитателей (в первую очередь, дельфинов). Однажды он с двумя друзьями стал исследовать окрестности и обнаружил, что остров гораздо многолюднее, чем он думал.

В этой повести – как и бывает в сознании ребёнка – переплетаются выдумка и реальность. Кажется, что это лишь приключенческая книга, но она гораздо глубже.

Это книга о взрослении, о том, что в жизни наступает момент, когда нам приходится взять на себя ответственность за то, что происходит в его мире. Просто, чтобы не дать этому миру исчезнуть навсегда.
Рекомендуемый возраст: от 7 лет

Искренняя и трогательная повесть о пеликане, который мечтал стать человеком. Мальчик Эмиль открывает ему мир людей большого города. И вот пеликан раздобыл человеческую одежду и отправляется в город, где никто даже не обратил внимания на то, что это птица, а не человек.

Пеликана привлекало в людях умение работать, создавать музыку и прочие шедевры. Но оказалось, что за этими преимуществами человека перед птицей таится боль, жестокость и печаль. Пеликан узнаёт, что «без дома ты бродяга, без образования ты не можешь работать, без денег не можешь попросту жить». Это тяжело понять птице, которая вольна жить, как ей вздумается.

Дочитав повесть до конца, мы получаем урок любви и доброты, сопричастности всему живому на земле.

Рекомендуемый возраст: от 7 лет

Игорь Шпиленок «Мои камчатские соседи. 370 дней в Кроноцком заповеднике. Фотокнига»

Автор книги, фотограф-натуралист, основатель заповедника "Брянский лес", рассказывает о том, как он прожил чуть более года в удалённом от цивилизации Кроноцком заповеднике.

Эта книга полна прекрасных профессиональных фотографий, интересных историй и познавательных фактов. Почему, например, нельзя оставлять кашу на туристической стоянке? Чем это может быть опасно для медведей?

Книга написано живо, с юмором и, главное, это не вымысел, а заметки натуралиста. Читая, невозможно не полюбить соседей автора – лис Злодей Злодеича и Алису, медведей Робинзона и Суземку – и, конечно, прекрасную первозданную природу.

Книга призвана привлечь внимание широкой общественности к проблемам охраны природы нашей планеты. Рекомендуемый возраст: от 8 лет

Джеральд Даррелл «Под пологом пьяного леса»

В такой экологической подборке просто не обойтись без книг Джеральда Даррела, великолепного писателя-натуралиста, знаменитого путешественника.

«Под пологом пьяного леса» – живой, захватывающий рассказ о том, как автор с женой в течение полугода путешествовали по Южной Америке в поисках новых экземпляров для уникальной зооколлекции. Всё свое время молодые супруги посвящали заботе об экзотических питомцах: броненосцах, опоссумах и редких видах птиц. Но в грандиозные планы Дарреллов вмешались неожиданные политические обстоятельства – вывоз уникальной коллекции оказался под вопросом.
Даррел пишет легко и с юмором. Его книги помогают по-новому взглянуть на мир живой природы и ощутить себя неотъемлемой его частью.
Рекомендуемый возраст: от 10 лет

Джой Адамсон «Рождённая свободной»

Удивительная история о том, как природа становится для кого-то делом всей жизни. Джой Адамсон, художница, писательница и натуралистка, исследует дикую природу в Африке и жизнь львицы Эльзы. Вместе со своим мужем Джой воспитывает львицу, так как после трагического случая маленькие львята, включая Эльзу, остались без матери.

Эльза стала первым львом, который был успешно возвращён в дикую природу, и Адамсон описала этот опыт в книге. Книга читается на одном дыхании, а от мысли, что всё это происходило на самом деле, просто дух захватывает.

Произведение долго держалось в списке бестселлеров. Вырученные деньги писательница потратила на привлечение внимания к проблемам дикой природы и браконьерства в Африке.

Рекомендуемый возраст: от 12 лет

В Сибири и на севере нашей страны сохранилось бескрайнее море лесов, где, к сожалению, нередко теряются люди. Идут за грибами, на прогулку – и пропадают, заблудившись. Их ищут сотни добровольцев, но, увы, порой безрезультатно.

Вот и подростки Яна с Володей, отправившись на прогулку, поняли, что заблудились. С этого момента развиваются две сюжетные линии. Первая – как выжить в тайге совершенно городским жителям. Ребятам приходится вспоминать все, что они знали и читали о жизни на природе, до чего-то – доходить своим умом. Вторая сюжетная линия – отношения ребят. Они начинают иначе ценить друг друга, зарождается первая любовь, причём в таких экстремальных условиях.

Источник

Литературные критики — о собственных методиках и ритуалах

По просьбе «РБК Стиль» литературные критики и писатели рассказывают, как читают в свободное время, и объясняют, чем чтение «для себя» отличается от профессионального.

Если вам хотя бы однажды начинало казаться, что у вас осыпается читательская матрица, глохнет воображение и роль книг в вашей жизни становится все менее существенной, а вам бы, например, очень этого не хотелось, вы не одиноки. Из задаваемых литературным критикам вопросов после извечного «Что почитать?» следом чаще всего идут «Как читать больше?» и «Как повысить качество своего чтения?» И если с первым вопросом, как правило, все более-менее ясно, универсального ответа на последние два нет, и вообще может статься, что этот самый ответ — «никак». Однако чем критики, или, возьмем шире, люди, пишущие о книгах, могут здесь помочь — рассказать о том, как читают они сами (и читают ли вообще) вне рабочего процесса.

Галина Юзефович,
литературный критик, преподаватель

Когда я читаю не по работе (такое очень редко, но все же случается), я сразу расставляю для себя приоритеты. Скорость чтения не важна — мы не на соревнованиях, и если, прочитав десять или двадцать страниц, я хочу прерваться, подумать о прочитанном и, ну, не знаю, посмотреть в окно, значит, так тому и быть. Если книга не нравится, если мне не хочется в нее возвращаться, значит, можно не дочитывать — жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на неинтересные вещи. Важно браться за книгу только в тот момент, когда у тебя, в самом деле, есть на нее силы: не нужно думать, что оптимальное время для «необязательного» чтения — это вечер после десятичасового рабочего дня, когда голова гудит, а глаза слипаются. (В скобках замечу: если внезапно оказывается, что почему-то на чтение совсем не остается «качественного» времени, то, возможно, дело не в плотном графике, а в чем-то другом — например, на самом деле вам это занятие не по душе или вы просто выбрали не ту книжку.)

Чтение «для себя» — это мой персональный ритуал, мой личный тайный сад, и, значит, процесс должен быть обставлен с максимальным комфортом. Ужасно не люблю все эти дежурные вздохи про плед, камин, чашку какао (вероятно, просто потому, что не пью какао), но в целом все и правда так — я хочу, чтобы в процессе чтения мне было хорошо, уютно и спокойно.

Конечно, когда я читаю «по работе», я не могу себе позволить всей этой роскоши — и тем внимательнее отношусь к подобного рода мелочам в тех случаях, когда читаю для удовольствия. А вот привычка делать выписки и пометки, фиксировать возникающие по ходу чтения мысли у меня остается неизменной независимо от того, читаю я по работе или нет. Мне кажется, это очень полезная практика, позволяющая сохранить не только общее впечатление о книге, но и какие-то собственные ассоциации, какие-то яркие формулировки и интересные детали. Я читаю только в электронном виде, с планшета, и у меня есть специальная папочка, куда я сохраняю все свои «записи и выписки»: одна книга — один файл. Возвращаться к этим заметкам всегда очень приятно — как будто заново погружаешься не только в саму книгу, но и в то время, когда ее читал, в свои мысли и эмоции.

Игорь Кириенков,
критик, редактор Bookmate, автор Telegram-канала I’m Writing a Novel

Я стараюсь не читать, когда мне этого не хочется, не мучить себя словами, которые — по тем или иным причинам — противятся усвоению. И, мне кажется, это совершенно нормально: чтение — даже в режиме бреющего полета над текстом, или набега, или вылазки за любимой подробностью — в какой-то момент превращается в изнурительный труд; писатели — за редким, на самом деле, исключением — раздражают, выводят из себя, навевают скуку. Я бы не стал списывать это на профессиональную деформацию — тем более что, по моим наблюдениям, искушенные читатели с годами нередко становятся лояльнее к не лучшим словам в не лучшем порядке. По-моему, нужно освободиться от представления о том, что потребление (любой, без разбора) литературы непременно благотворнее, чем даже самый, казалось бы, неинтеллектуальный досуг. Бесит Достоевский (нормальная абсолютно ситуация) — посмотрите, что нового в TikTok. Кемарите над научпопом про ДНК — напишите родным. Голод по книжке — и тут совершенно неважно, старой или новой, беллетристике или нон-фикшену — обязательно (сужу, впрочем, по себе) вернется.

Мое нынешнее положение освобождает меня от необходимости регулярно пропускать через себя мегабайты (реже кубометры) страниц; я — великое счастье — волен выбирать вид облучения (с тревогой замечая, что фикшена становится все меньше) и его интенсивность (приближающуюся ко вполне рядовым показателям) и все больше предпочитаю перечитывать; нарочно замедляю темп, чтобы разглядеть, как сделаны любимые — или просто ужалившие — тексты. И, сказать по совести, меня несильно заботит, что я едва ли успею до конца года прочитать 100 книг, как планировал в начале 2019; зато я, кажется, лучше разобрался в устройстве «Отца Сергия», «Распада атома» или нескольких стихах Марии Степановой и Льва Оборина.

Анастасия Завозова,
переводчик, главный редактор книжного аудиосервиса Storytel

Я не могу сказать, что структурные границы моего чтения проходят вдоль того, рабочее оно или нет, скорее наоборот — мне повезло, и моя работа — это читать то, что я люблю, и так, как я люблю, то есть довольно много. Поэтому у меня нет каких-то особенных ритуалов, а есть некоторый набор приемов, которые помогают мне читать примерно всегда — и много разных книг сразу.

Вот как это выглядит на практике. Например, в «Киндле» у меня сейчас — роман Сьюзен Чой «Trust Exercise», который недавно получил Национальную книжную премию США. Его я читаю в метро. В Storytel слушаю «The Fellowship of the Ring» («Братство Кольца») Толкина. Аудиокниги я слушаю, когда куда-то иду пешком, или на ночь, если устают глаза. Кроме того, у меня начаты два сборника рассказов: «A Cat, a Hat, and a Piece of String» («Кошка, шляпа и кусок веревки») Джоанн Харрис и «Fragile Things» («Хрупкие вещи») Нила Геймана. В какой-то момент я поняла, что читаю очень мало рассказов, но их сразу много и не осилишь, поэтому я читаю по одному после того, как заканчиваю очередной условный роман, и слушаю по одному после того, как заканчиваю слушать очередную аудиокнигу, или просто читаю по рассказу, когда застреваю с какой-нибудь другой книгой. Таким образом, я все время что-то слушаю или читаю и могу переключаться между разными текстами, если к какому-то из них у меня не очень лежит душа именно сейчас.

Кроме того, я все время борюсь с тем, что читаю постыдно мало нон-фикшена. Я не люблю, скажем, научпоп, но у меня есть огромный список книг по истории культуры определенных эпох (английские регентство и викторианство), до которого у меня все время как-то не доходят руки, потому что я увлечена очередным романом. Поэтому я придумала себе правило, что каждая десятая прочитанная мной книга должна быть нон-фиком из этой категории. Если честно, соблюсти правило мне не всегда удается, и часто, дойдя до этой самой десятой книги, я выбираю чтение потоньше, всякий раз обещая себе, что уж в следующий раз доберусь до классического труда Джульет Баркер о сестрах Бронте (а там страниц 800).

И да, я обожаю списки и учет прочитанного, поэтому у меня есть аккаунт на Goodreads, где я каждый год устанавливаю себе количество книг для книжного вызова (в 2019 году я решила прочесть 120, до конца осталось еще девять) и заношу все книжки на тематические полки, чем больше — тем лучше. Полки эти пригодились мне, например, для записи нашего с Галиной Юзефович подкаста «Книжный базар», когда нужно было вспомнить, что ты лет десять назад читал по определенной теме.

Сергей Кумыш,
писатель, литературный критик

Когда читаю для себя, у меня нет цели непременно прочесть всю книгу от начала до конца, гораздо важнее просто с ней побыть. Поэтому я не люблю детективы и вообще «увлекательную» литературу, где сюжет поставлен во главу угла, и ты, хочешь не хочешь, фактически вынужден переворачивать страницы одну за другой, одну за другой. «Невозможно оторваться» для меня — как читателя, не критика — скорее минус, чем плюс. Я, знаете, люблю отрываться. Как критик, наоборот, вполне могу оценить лихой монтаж какого-нибудь остросюжетного романа, потому что моя задача — рассказать о книге так, чтобы те, кого она может заинтересовать, непременно ее заметили. Однако любить ее в мои обязанности не входит. Чтение одного романа для меня может растянуться на месяцы. Мне нравится таскать книгу с собой, носить повсюду ее атмосферу, время от времени заглядывать в нее, пускай урывками. Можно и вовсе ее не трогать — достаточно знать, что она рядом, под рукой.

Прямо сейчас я перечитываю один из моих самых любимых романов — «Чтение в темноте» ирландского поэта и литкритика Шеймаса Дина: открываю перед сном на первой попавшейся странице и читаю то, за что зацепится взгляд. Иногда мне хватает в буквальном смысле одного предложения — после чего я выключаю свет и засыпаю, перекатывая его на языке.

Анна Наринская,
журналист, куратор

Из-за того, что я перестала регулярно писать про книги, изменился не метод, а, собственно, предмет моего чтения. Сейчас я читаю практически только то, что хочу. Я не обязана читать новый роман только потому, что там описывается что-нибудь узнаваемо политическое или автор совершал в реальности какие-нибудь малоприятные громкие поступки. Теперь я могу много перечитывать, а новое читать только тогда, когда заранее понимаю, что мне это нужно. И вот между перечитыванием и чтением нового есть большая разница, конечно. Перечитывание — это машина времени. Разговор с той собой, которая читала это когда-то давно. История отношений с книгами — это же, скажем так, мониторинг наших внутренних изменений. И если «Анна Каренина» для нас сначала про Анну и Вронского, потом про Левина, потом про Анну и Каренина — это же что-то очень важное про нас говорит. А чтение нового — это все-таки поступательное движение. Пусть с остановками на «ах», «неужели» или на «ну когда же наконец это закончится». До недавнего времени я — если ощущала вот это последнее — все равно читала до конца. Сейчас вполне могу бросить. Наверное, это и есть свобода.

Источник

Исследовательская работа "Экологические проблемы в произведениях русской литературы"

Резанова Любовь Сергеевна

Исследование экологических проблем, затронутых в произведениях русской литературы.

Скачать:

Вложение Размер
работа 33.52 КБ

Предварительный просмотр:

Районная научно – практическая конференция

Научно — исследовательская работа

«Экологические проблемы в произведениях русской литературы»

Автор: Пасюк Дарья Викторовна,

ученица 8-б класса

МБОУ Газимуро – Заводская средняя

Резанова Любовь Сергеевна,

учитель русского языка и литературы

первой квалификационной категории

МБОУ Газимуро – Заводская средняя

«Экологические проблемы в произведениях русской литературы»

Пасюк Дарья Викторовна

МБОУ Газимуро – Заводская средняя общеобразовательная школа

Цель работы : исследование экологических проблем, затронутых в произведениях русской литературы.

Методы исследования : теоретический анализ источников; библиографический анализ литературы и материалов сети Internet; литературный анализ художественных произведений, анализ полученных данных, обобщение.

В ходе проведённого исследования мы увидели, что проблемы экологии звучат как в произведениях 19 века, так и в произведениях 20 и 21 века. Это и поэтические и прозаические тексты.

Нам удалось доказать правильность выдвинутой гипотезы — в художественных произведениях русской литературы затрагиваются экологические проблемы, связанные с защитой природы.

В ряде произведений художественной литературы звучит проблема браконьерства.

Также авторы произведений заставляют задуматься над проблемой жестокого обращения с животными.

Одна из острых проблем современности – проблема лесных пожаров – также нашла своё отражение в литературе.

Природа для писателей — не просто среда обитания, она — источник доброты и красоты. В их представлениях природа связывается с истинной человечностью.

Литература помогает читателю осознать то, что остановить научно-технический прогресс невозможно, но очень важно задуматься над ценностями человечности.

«Экологические проблемы в произведениях русской литературы»

Пасюк Дарья Викторовна

МБОУ Газимуро – Заводская средняя общеобразовательная школа

Вопрос: «Какие экологические проблемы затрагивают в своих произведениях русские писатели?»

Гипотеза – в произведениях русской литературы авторы затрагивают острые проблемы любого времени, связанные с охраной природы.

Описание метода исследования:

  1. теоретический анализ источников; 2) библиографический анализ литературы и материалов сети Internet; 3) литературный анализ художественных произведений, 4) анализ полученных данных, 5) обобщение.
  1. Молодцова М.. Русские писатели об экологии. // Частный корреспондент http://www.chaskor.ru/article/russkie_pisateli_ob_ekologii_34562
  2. Розинер Ф.. Литературная экология. // Общественные науки и современность. — 1993. № 2. С.140-146.
  3. Словарь экологических терминов и определений, 2010.
  4. Заболоцкий Н.. Стихотворения и поэмы. – Марийское книжное издательство, 1985.
  5. Чехов А. П.. Дядя Ваня. Три сестры. Вишнёвый сад. – Северо – Западное книжное издательство, 1973.
  6. Астафьев В.. Царь – рыба. – Эксмо, 2017.
  7. Есенин С. А.. Стихотворения. – Эксмо, 2014.
  8. Некрасов Н. А.. Поэмы. – Школьная библиотека, 2016.
  9. Пришвин М. М.. Лесная капель. – Проспект, 2014.
  10. Егоров А.Н.. Облавная баллада. — https://www.chita.ru/articles/57812/
  11. Паустовский К.. Заячьи лапы. – Малыш, 19

«Проблемы экологии в произведениях русских писателей»

Пасюк Дарья Викторовна

МБОУ Газимуро – Заводская средняя общеобразовательная школа

2017 год объявлен Годом экологии в России. В последнее десятилетие экология переживает небывалый расцвет, становится все более значимой наукой.

Впервые понятие «литературная экология» появилось в печати в 1993 году. Это время характеризуется началом экологического движения и экологического образования в России. Именно в 1993 году широко известное определение «краеведение», заменяется новым и гораздо более ёмким определением — «экология».

В журнале «Общественные науки и современность» Ф. Розинер впервые даёт нужное нам определение: «Литературная экология – направление литературоведения, рассматривающее проблемы взаимодействия литературного текста и его творца со средой обитания».

Проблемы взаимодействия природы и общества в последние десятилетия волнуют не только учёных, но и общественных деятелей, писателей. Учебником жизни назвал когда-то писатель Н.Чернышевский художественную литературу. В художественных произведениях отразились представления людей определённой эпохи о принципах взаимодействия человека и природы, воссозданы картины изменяющейся окружающей среды под влиянием различных причин. Эта проблема является актуальной и в настоящее время, поэтому она была выбрана для проведения исследования и написания исследовательской работы.

Цель работы – исследование экологических проблем, затронутых в произведениях русской литературы.

  1. Рассмотреть понятие «литературная экология»;
  2. Познакомиться с источниками информации о проблемах экологии;
  3. Познакомиться с текстами литературных произведений, в которых раскрываются взаимоотношения человека и природы;
  4. Проанализировать художественные тексты и выявить, какие экологические проблемы затрагивает в них автор;
  5. Сделать обобщения и выводы.

Гипотеза — в художественных произведениях русской литературы затрагиваются экологические проблемы, связанные с защитой природы.

Объект исследования – произведения русской литературы: «Журавли» Н. А. Заболоцкого, «Дядя Ваня» А. П. Чехова, «Царь – рыба» В. Астафьева, «Саша» Н. А. Некрасова, «Лесная капель» М. М. Пришвина, «Облавная баллада» А. Н. Егорова, «Песнь о собаке», «Корова» С. А. Есенина, «Заячьи лапы» К. Паустовского.

Предмет исследования – экологические проблемы в текстах художественных произведений

Методы исследования – теоретический анализ источников; библиографический анализ литературы и материалов сети Internet; литературный анализ художественных произведений, анализ полученных данных, обобщение.

Теоретическая значимость моей исследовательской работы заключается в том, что в ней непосредственно доказано, что природа – это не только великое чудо, но и великое благо для людей, он требует нашей постоянной заботы и внимания, нуждается в бережном отношении и охране.

Практическая значимость моей исследовательской работы заключается в том, что работу можно использовать в школьном курсе раздела «Экология» и на уроках литературы.

Надо любить всё: зверей, птиц,

растения, в этом красота жизни.

Неповторимая красота родной природы во все времена побуждала художников браться за перо. Сколько писателей в стихах и в прозе воспели эту красоту! В своих произведениях они не только восхищаются, но и заставляют задуматься, предупреждают о том, к чему может привести неразумное потребительское отношение к природе.

Одним из главных защитников природы среди писателей XIX века был Антон Павлович Чехов. В пьесе «Дядя Ваня», написанной в 1896 году, тема экологии звучит вполне отчетливо. В уста доктора Астрова Чехов вложил своё отношение к природе: «Ты можешь топить печи торфом, а сараи строить из камня. Ну, я допускаю, руби леса из нужды, но зачем истреблять их? Русские леса трещат под топором, гибнут миллиарды деревьев, опустошаются жилища зверей и птиц, мелеют и сохнут реки, исчезают безвозвратно чудные пейзажи, и все оттого, что у ленивого человека не хватает смысла нагнуться и поднять с земли топливо».

Таким образом, в произведении затронута проблема браконьерства. Браконьерство — незаконная добыча животных и растительного сырья без надлежащего разрешения, в запрещенных местах, в запрещенные сроки или запрещенными орудиями и способами. (Словарь экологических терминов и определений, 2010)

В творчестве Николая Заблоцкого довольно много произведений, которые посвящены родной природе, но при этом имеют глубокий философский и житейский смысл. К ним, в частности, относится стихотворение «Журавли», которое поэт написал в 1948 году, став очевидцем одного трагического события. Речь идет о стае журавлей, которые возвращаются на родину из далекой Африки. Стройный журавлиный клин «вел вожак в долину изобилья». Однако когда под крылом блеснуло знакомое озеро, «черное зияющее дуло из кустов навстречу поднялось». Прозвучавший выстрел лишил стаю гордого вожака, « и частица дивного величья с высоты обрушилась на нас». В этом произведении также звучит проблема браконьерства.

В 1976 году увидела свет книга Виктора Астафьева «Царь-рыба». Астафьеву вообще близка тема взаимодействия человека с природой. Он пишет о том, как варварское отношение к природным ресурсам, такое как браконьерство, нарушает заведенный в мире порядок. Астафьев в «Царь-рыбе» с помощью простых образов повествует не только о разрушении природы, но и о том, что человек, «духовно браконьерствуя» по отношению ко всему, что его окружает, начинает разрушаться и личностно. Схватка с «природой» заставляет главного героя произведения, Игнатьича, задуматься о своей жизни, о совершенных им грехах: «Игнатьич отпустился подбородком от борта лодки, глянул на рыбину, на ее широкий бесчувственный лоб, бронею защищающий хрящевину башки, желтые и синие жилки-былки меж хрящом путаются, и озаренно, в подробностях обрисовалось ему то, от чего он оборонялся всю почти жизнь и о чем вспомнил тут же, как только попался на самолов, но отжимал от себя наваждение, оборонялся нарочитой забывчивостью, однако дальше сопротивляться окончательному приговору не было сил».

Взаимоотношения человека с природой переданы в поэме Н. Некрасова "Саша". При вырубке леса была нарушена вся сложная его жизнь: звери, птицы, насекомые — все лишились своего жилища. "Печальные картины", нарисованные поэтом, не могут оставить читателя безучастным.

. Из перерубленной старой березы

Градом лилися прощальные слезы.

И пропадали одна за другой

Данью последней на почве родной.

Когда же вырубка завершилась:

Трупы деревьев недвижно лежали;

Сучья ломались, скрипели, трещали,

Жалобно листья шумели кругом .

В "Лесной капели" М. М. Пришвин пишет о черемухе, которую во время цветения так неразумно ломают горожане, унося охапки белых душистых цветов. «Вчера зацвела черемуха, и весь город тащил себе из лесу ветки с белыми цветами. Я знаю в лесу одно дерево: сколько уж лет оно борется за свою жизнь, старается выше расти, уйти от рук ломающих». Ветки черемухи в домах простоят день — два и отправятся в мусорные бачки, а черемуха погибла и больше не порадует своим цветением будущие поколения.

В произведении современного забайкальского писателя Алексея Егорова «Облавная баллада» вожак волчьей стаи пытается спасти свою стаю и свою волчицу от браконьеров.

Пламенеет заря и ружейный прицел,

Выбирающий цель на заснеженной пади.

Лишь матёрый вожак, оказавшись в окладе,

Сиганул за флажки – и один уцелел.

Вся стая погибает, а волк со своей волчицей уцелел. Пытаясь спасти свою волчицу и будущих волчат, волк уводит её в безопасное место. Но на них выходит один из егерей. Первый выстрел из ружья егеря попал в волчицу, и она падает на землю.

Он за дальней сосной человека заметил ни сразу,

А когда заискрился с ветвей обвалившийся снег…

…И сверкнули ружья два смертельно-обугленных глаза

И… упала волчица! И волка замедлился бег!

Таким образом, в ряде произведений художественной литературы звучит проблема браконьерства.

Ещё одну немаловажную экологическую проблему можно заметить в литературе — проблему жестокого обращения с животными.

В поэзии С. А. Есенина есть произведения, говорящие о дисгармонии между человеком и природой. Примером разрушения человеком счастья другого живого существа может послужить "Песнь о собаке". Это одно из его самых трагических стихов. Жестокость человека в житейской ситуации (у собаки утопили ее щенят) нарушает гармонию мира.

До вечера она их ласкала,

И струился снежок подталый

Под теплым ее животом.

А вечером, когда куры

Вышел хозяин хмурый,

Семерых всех поклал в мешок.

Эта же проблема звучит в другом есенинском стихотворении — "Корова".

Дряхлая, выпали зубы,

Свиток годов на рогах.

Бил ее выгонщик грубый

На перегонных полях.

Сердце не ласково к шуму,

Мыши скребут в уголке.

Думает грустную думу

О белоногом телке.

Не дали матери сына,

Первая радость не прок.

И на колу под осиной

Шкуру трепал ветерок.

Скоро на гречневом свее,

С той же сыновней судьбой,

Свяжут ей петлю на шее

И поведут на убой…

Проблему жестокого обращения к животным мы видим в уже упомянутом произведении Н. Некрасова «Саша». Человек не только погубил лес, но и жестоко расправился с маленькими птенцами.

С дерева комом галчата упали,

Желтые рты широко разевали,

Прыгая, злились. Наскучил их крик —

И придавил их ногою мужик.

Проблема лесных пожаров – одна из острых проблем современного мира. Эта проблема звучит в рассказе К. Паустовского «Заячьи лапы». В сюжете произведения лежит история о деде Ларионе Малявине, который пошел охотиться жарким августовским днем в лес и был застигнут врасплох лесным пожаром, который чуть не унес его жизнь, но благодаря зайцу, который вывел его из огня, он был спасен. «Дым густел, его уже несло белой пеленой по лесу, затягивало кусты. Стало трудно дышать.

Дед понял, что начался лесной пожар и огонь идет прямо на него. Ветер перешел в ураган. Огонь гнало по земле с неслыханной скоростью.

Смерть настигала деда, хватала его за плечи, и в это время из-под ног у деда выскочил заяц. Он бежал медленно и волочил задние лапы. Потом только дед заметил, что они у зайца обгорели.

Дед обрадовался зайцу, будто родному. Как старый лесной житель, дед знал, что звери гораздо лучше человека чуют, откуда идет огонь, и всегда спасаются. Гибнут они только в тех редких случаях, когда огонь их окружает…

Заяц вывел деда из огня. Когда они выбежали из леса к озеру, заяц и дед — оба упали от усталости».

Главной идеей, на мой взгляд, является то, что человек должен ощущать ответственность за те поступки, которые совершает по отношению к природе, должен быть добрым и отзывчивым не только к людям, но и к животным.

Тема взаимоотношений человека с природой – важнейшая в стихах Николая Рыленкова. Глубокой убеждённостью звучат его строки:

Борьба с природой? Нет, мне страшно слушать это.

Борьбу ведут с врагом, а нам природа – мать,

Она отдаст нам всё: — Бери, но не уродуй!

Извечной красоты для суетных затей…

Страстным призывом к современникам звучат строки поэта Станислава Куняева:

Я люблю тебя, большое время,

Но прошу – прислушайся ко мне:

Не убей последнего тайменя,

Пусть гуляет в тёмной глубине.

Не губи последнего болота,

Загнанного волка пощади,

Чтобы на земле осталось что-то,

От чего щемит в моей груди.

Поэты призывают людей остановиться, оглянуться и увидеть, что они сделали с природой, ведь дальше так жить нельзя.

В ходе проведённого исследования мы увидели, что проблемы экологии звучат как в произведениях 19 века, так и в произведениях 20 и 21 века. Это и поэтические и прозаические тексты.

Нам удалось доказать правильность выдвинутой гипотезы — в художественных произведениях русской литературы затрагиваются экологические проблемы, связанные с защитой природы.

В ряде произведений художественной литературы звучит проблема браконьерства.

Также авторы произведений заставляют задуматься над проблемой жестокого обращения с животными.

Одна из острых проблем современности – проблема лесных пожаров – также нашла своё отражение в литературе.

Природа для писателей — не просто среда обитания, она — источник доброты и красоты. В их представлениях природа связывается с истинной человечностью.

Литература помогает читателю осознать то, что остановить научно-технический прогресс невозможно, но очень важно задуматься над ценностями человечности.

Источник

Adblock
detector